Крымский бизнес на распутье: становиться российской компанией или оставаться украинской?

Уже достаточно длительное время многие крымские компании внимательно изучают плюсы и минусы возможного приобретения статуса российского юридического лица.

С наступлением июля и вступлением в силу Федерального закона №124-ФЗ от 5 мая 2014 г. «О внесении изменений в Федеральный закон «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон) данный вопрос приобрел ещё большую актуальность. Законом предусмотрено право крымских юридических лиц обратиться с заявлением о внесении сведений о них в российский единый государственный реестр юридических лиц, при условии приведения своих учредительных документов в соответствие с законодательством Российской Федерации. Важность данному вопросу придает и имеющееся ограничение по срокам – реализовать предусмотренные Законом права и приобрести статус российского юридического лица крымские компании могут до 1 января 2015 года. С учетом неизбежного ажиотажа целесообразно данную процедуру начинать заблаговременно, не дожидаясь окончания указанного срока.

Для принятия решения о смене статуса и продолжении деятельности в качестве российской компании собственникам бизнеса необходимо взвесить все «за» и «против» и детально проанализировать как сугубо коммерческие, так и правовые аспекты возможных последствий. В то время как для бизнеса, функционирующего исключительно на территории Крыма, смена статуса прямо рекомендована, для крупных компаний, действующих как на Украине, так и в Крыму, ситуация может быть менее однозначной. С одной стороны, иностранные компании через филиалы и представительства могут комфортно функционировать в Российской Федерации на общих основаниях, с другой стороны нельзя исключать возможность применения украинской стороной разнообразных санкций по отношению к трансграничному бизнесу, сменившему статус на российский. Негативные последствия на Украине для сменивших государственную принадлежность компаний могут быть самыми разнообразными. К примеру, в случае непризнания Украиной смены статуса компанией такая компания будет рассматриваться на Украине как украинская, то есть несущая соответствующие обязанности и подпадающая под соответствующее регулирование. В этой ситуации возможно, например, предъявление требований об исполнении уже российской компанией налоговых обязательств в отношении крымских активов, но в пользу украинской казны. В случае наличия на территории Украины каких-либо активов, принадлежащих компании, требования украинской стороны вполне могут быть реализованы за счет таких активов.

К сожалению, нельзя исключать и более жестких мер воздействия. История знает немало примеров применения репрессивных мер в отношении иностранных инвесторов из государств, переставших рассматриваться как союзники. По примеру существовавших в разных государствах законов о «недружественных иностранцах» украинская сторона вполне может предпринять адресные меры воздействия против российских компаний из Крыма, вплоть до экспроприации их имущества, находящегося на Украине. Риск такого развития событий можно рассматривать как достаточно высокий, особенно в свете последних тенденций развития российско-украинский отношений. Кроме того, негативные последствия могут наступать и для украинских граждан, являющихся руководителями или собственниками Крымских компаний, становящихся российскими – нельзя исключать инициатив, направленных на преследование лиц, принимающих коммерческие решения, не устраивающие украинскую сторону. Следует учитывать и особенности украинского законодательства, накладывающего ряд формальных обязанностей при инвестировании за рубежом, в частности при вхождении в капитал иностранных юридических лиц (российских юридических лиц в нашем случае). Наконец, достаточно существенной может быть и опасность применения украинской стороной сугубо внеправовых мер. От люстрации госаппарата новые украинские власти и активисты общественных движений вполне могут перейти к фактической чистке бизнеса, в том числе и путем внеправовых действий и мер, использования рейдерских схем в отношении нелояльных представителей бизнес-сообщества.

Закономерным выходом в этой ситуации мог бы стать отказ от приобретения статуса российского юридического лица с продолжением коммерческой деятельности в Крыму через филиал, однако и такой путь содержит в себе немало подводных камней. Прежде всего, украинская компания с Крымскими активами будет вынуждена следовать правилам, которые Украина будет пытаться навязать в отношении таких активов, а эти правила могут быть абсурдны и нереализуемы (например, требование о регистрации сделок с крымской недвижимостью в украинском реестре), или коммерчески невыгодны (уплата дополнительных налогов с крымских активов в украинскую казну). В этой связи многие владельцы бизнесов рассматривают возможности дробления своих бизнесов на украинскую и российскую части, формально не связанные и замкнутые на бенефициара, к примеру, через офшорную структуру. В то же время следует учитывать, что большинство конкретных ситуаций требуют тщательного и детального рассмотрения, с учетом всех сопутствующих обстоятельств – наличия лицензий, гражданства и места проживания ключевых сотрудников, наличия прав требования к контрагентам в России и на Украине, задолженности перед кредиторами в обеих странах и так далее. Скрупулёзный анализ ситуации позволит собственникам крымского бизнеса принять правильное и взвешенное решение и эффективно продолжать коммерческую деятельность в новых реалиях.

Партнер юридической фирмы РУЛЬФ

Кандидат юридических наук

Александр ШУРЫГИН

an-crimea.ru

Поделиться в социальных сетях:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Яндекс